Завершение коронавирусного кризиса (когда это произойдет) означает, что задачи восстановления для Украины не упрощаются, а скорее, усложняются. Стране нужно будет не только изыскивать средства на покрытие бюджетных дефицитов (только в 2021 г. — почти 250 млрд грн или 5,5% ВВП), но и для активизации экономических стимулов уменьшать фискальное давление и нагрузку.
Однако на фоне продолжающегося торможения экономики в первом квартале госбюджет выполнен с дефицитом общего фонда объемом «всего» 33,6 млрд грн, при плановом — 66,8 млрд грн. Вдвое меньший (планового) дефицит обусловлен значительным перевыполнением бюджетных поступлений, при том, что гривна в течение периода укрепилась — с 28,22 грн/$1 в январе до 27,80 грн/$1 в марте (меньшее значение курса означает меньшие поступления от таможенных сборов). Такое противоречие имеет простое объяснение — усиление фискального давления на экономических агентов даже в кризисных условиях.
В общем главной причиной сохранения высоких бюджетных дефицитов в Украине часто называют уклонение бизнеса и домохозяйств от уплаты налогов. Однако на самом деле главным фактором бюджетных недопоступлений является именно чрезмерное налоговое и административное давление, что для бизнеса еще и сопровождается штрафами, дополнительными изъятиями и др. Поэтому и поведение бизнеса (попытки уклонения, тонизирования) является «естественной» реакцией предпринимательства на чрезмерные и необоснованные требования власти.
То, что в Украине налоговое руководство, несмотря на риторику «защиты бизнеса» и «поддержки населения», всегда пытается облагать все, что еще немного тлеет, не является чем-то новым. Однако сегодня «креативность» властных налоговых новаций все же настораживает.
Так, инициатива повышения ставки НДС до заоблачных 22−24% приведет ни к чему иному, как к ускорению депрессии того бизнеса, который, несмотря на коронавирусный кризис, смог сохраниться. А в рамках проектно-законодательной «налоговой амнистии» оказывается должны облагаться налогом средства, которые население хранит в наличной форме (даже если они имеют официальное происхождение). При том, что НБУ, понимая важность для экономики стимулирования сбережений домохозяйствами, пытается законодательно отменить налог на доходы с депозитов, введенный еще в 2014. Что, впрочем, не замечается законодателями.
Дошла очередь и до информационно-коммуникационной и цифровой среды. Так, намерения налогообложения глобальных корпораций в Украине (Google, Facebook, Netflix) не только ослабят инновационные и интеграционные возможности отечественного бизнеса, но и увеличат стоимость для населения доступа к глобальным сетям. Еще более шокирующими выглядят предложения введения налога на зарубежное онлайн-образование в Украине — вместо предоставления возможности молодежи получения основ современного образования формируются дополнительные налоговые барьеры.
Конечно, в условиях действующих высоких социальных обязательств государства существенное снижение уровня налогообложения не кажется реалистичным. Однако если нельзя уменьшить налогообложение, то хотя бы не допустить его дальнейшего роста, что стало бы первым шагом на пути к фискальному содействию.
Итак, весомым в этом направлении могло бы стать законодательное закрепление недопустимости усиления фискального давления в посткоронавирусний период. Основной механизм будет базироваться на принципиальном положении о том, что внедрение любого нового налога или налоговых изъятий или повышение ставки налога, которые могут привести к усилению налогового давления, возможно только при наличии поддержки таких изменений конституционным большинством Верховной Рады.
Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ