Як українському середньому класу не закритися в гетто

Украинские политики из разных партий без устали твердят о том, что в нашей стране надо расширять средний класс, ведь именно он двигает страну вперед. Он делает это своей покупательской способностью, своими экономическими ожиданиями, правильным политическим выбором и высокой социальной активностью.

По подсчетам Центра Разумкова, 25% населения Украины можно отнести к среднему классу. Другие исследования показывают меньшую цифру. Характеристикой среднего класса эксперты считают полноценное питание и лечение, возможность съездить на отдых пару раз в год, приобрести автомобиль или жилье — за счет своих или кредитных средств.

Очевидно, что львиная доля оставшихся 75% - это люди, которые всех этих вещей себе позволить не могут. Они и хотели бы выйти на уровень полноценного среднего класса, но кому-то не хватает для этого образования, кому-то — личной мобильности и умения хвататься за карьерные возможности, кому-то — усилия, чтобы перейти от жалоб на жизнь к шагам к повышению ее комфорта.

Очень важно, чтобы украинский средний класс не был закрытой, самодостаточной системой. Страной в стране со своей медициной, системой образования и способом проводить свободное время. Сегодня можно наблюдать, как прошли болезненные линии разделения между теми, кто может позволить хорошую частную школу для своих детей, и теми, кто пользуется обычной государственной школой со всеми ее проблемами. Между теми, кто пользуется услугами частных клиник, и теми, кто из года в год ходит к не самому эффективному терапевту в ближайшую государственную поликлинику.

Рагурам Раджан, профессор финансов Чикагского университета и экс-глава Резервного банка Индии, в своем недавнем исследовании показал, что бенефициаром нынешней технологической революции в первую очередь становится средний класс из больших городов. Многочисленные мобильные приложения, которые позволяют записаться на прием к врачу, отследить капитализацию своих пенсионных сбережений или заказать доставку еды домой, зачастую не доходят до небольших городов и сел.

Те вопросы, которые можно решить при помощи смартфона в Киеве, остаются нерешенными в Жашкове, Сквире или Миргороде. А это означает, что в Украине формируются две абсолютно разных аудитории, которые ожидают от правительства и рынка совершенно разных вещей.

В системе отношений государство-рынок-общество мы слишком часто фокусируемся на том, что обоим игрокам может дать государство. Рынку оно дает регулирование, обществу — образование, медицину и социальную поддержку. И если про рынок мы тоже стараемся не забывать, то о том, что государству и рынку дает общество, почему-то не принято говорить вслух. А общество дает им нормы и ценности. Бизнес и государство должны не спорить с обществом по поводу этих вещей, а научиться прислушиваться.

Идея Мильтона Фридмана, американского экономиста закарпатского происхождения, о том, что единственной социальной функцией бизнеса является рост прибыли для своих акционеров, устарела. На прошлой неделе состоялась большая встреча американского бизнеса, на которой даже генеральные директора таких компаний как Walmart и JPMorgan Chase, склонных к агрессивному заработку, признали: такая версия капитализма исчерпала себя.

Бизнес должен воспринять на себя те задачи, которые десятилетиями не может решить государство. Это и неравенство доходов, и повышение качества образования, и желание развивать свое присутствие не только в городах-миллионниках, но и в менее развитых регионах и областях.

Рост правого и левого популизма в США, Евросоюзе, Украине — это реакция бедных слоев общества на то, что дивиденды от технологического прогресса оседают в карманах среднего класса, который не спешит ими делиться. Это злоба тех самых 75%, которые никак не могут статью частью 25% - среднего класса. Они не могут сесть в комфортное кресло водителя Toyota Camry, купить квартиру в нормальном районе украинского города, оплатить своей дочери или сыну образование в Unit City, Киево-Могилянской академии или любой другой качественной высшей школе.

В Украине на это знаковое экономическое разделение накладывается еще повестка борьбы за то, кого надо считать большим патриотом, а кого — меньшим. Это было особенно заметно во время предвыборной борьбы Владимира Зеленским с Петром Порошенко, но заметно и сейчас. Так, сторонники Порошенко считают себя в целом более патриотичными, в то время как сторонники Зеленского не говорят о патриотизме в привычных желто-голубых тонах. Борьба за статус «большего патриота» — это обидный соблазн, на который ведутся украинцы и на который они тратят свое время. А политики им в этом «помогают».

Ни Международный валютный фонд, ни Всемирный банк, ни Организация экономического сотрудничества и развития не даст вам детальную методичку о том, как нарастить вес среднего класса с 25% хотя бы до 50%. Классических, проверенных лабораторными экспериментами рецептов для этого у науки экономического развития нет. Надо искать и находить свои решения.

Недавно я общался за бокалом хорошего украинского белого вина с дипломатом одной из балтийских стран. Мы говорили об опыте стран Балтии в построении справедливого и эффективного государства. Я по очереди называл те шаги, которые считаются достижениями балтийской политики — это и либеральная налоговая система, и развитие цифровых сервисов, и удачная внешняя политика, начиная с 1990-х. На что дипломат ответил мне: не копируйте слепо балтийский опыт в Украине. Что сработало в Латвии, Эстонии или Литве, может не сработать в Украине. Просто пробуйте и смотрите, что в итоге получается — улучшение или ухудшение.

Я понял это так. Вот есть Зеленский, и он пытается воплотить абсолютно эстонскую идею — государство в смартфоне. Очень даже неплохая идея. Но что у нас с проникновением мобильного интернета 4G? А он проник в основном только в города-миллионники. Я уже молчу о широкополосном интернете, о котором можно только мечтать в селе в Херсонской или Полтавской области. И вот мы уже видим, как доступ к интернету делит украинское общество на 25% среднего класса и 75% всех остальных. Эту проблему должно было бы решить государство и бизнес.

В Украине существует и региональное разделение. Реформа децентрализации хоть и направила финансовые ресурсы на места, однако до сих пор слишком многое решается в Киеве. Если не передать часть полномочий в области — например, касательно образования, медицины, социальной поддержки — то существует риск, что лекалом финансовых моделей общенационального значения будут мерять финансирование обычной школы в Очакове или Черткове. Многолетний дефицит Пенсионного фонда приучил Министерство финансов тянуть на счета Госказначейства в Киев максимум возможного, хотя области тоже нуждаются в свободе финансовых решений. Эта свобода помогла бы встать на ноги среднему классу в украинских регионах.

Еще одна черта среднего класса часто остается незамеченной. А именно — его вовлеченность в политическую жизнь страны. Средний класс не пропускает ни одного голосования, его странички в социальных сетях усеяны ссылками на новости о политике, а вечерние разговоры с друзьями — такими темами как снятие депутатской неприкосновенности и прекращение транзита российского газа в 2020 году.

Вот тут важно не перепутать причину со следствием. Средний класс активно обсуждает политику не потому, что у него больше денег и свободного времени, чтобы заказать столик в ресторане и предаться умному разговору. Умение вынести выводы из макроуровня политики для своей собственной жизни, для своего собственной карьеры — это то, что делает людей средним классом. Нельзя жить «в танке», довольствоваться сенсационным выпуском новостей на развлекательном телеканале в воскресенье вечером и ожидать, что в итоге комфорт твоей жизни вырастет. Нужно, как говорится, своей головой врубаться в то, что происходит в стране.

Но все же вывод я сделаю о том, что украинский средний класс не должен закрываться в себе. Его естественная функция — расширяться, от этого выигрывают все. Чем меньше в Украине будет линий разделения, тем скорее страна выйдет на положительную траекторию развития.

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения НВ