NV Премиум

Россия уже в зоне смерти. Почему распад империи неизбежен

Мнения

28 апреля, 05:39

Дайан Фрэнсис

Редакторка канадского National Post, старшая научная сотрудница Atlantic Council

Вертикаль власти не устоит, как только война будет проиграна — так уже было после афганского фиаско Москвы

Россия не может извлечь выгоду из последнего скачка цен на нефть, поскольку ее экономика стала главной жертвой путинской войны. И хотя стране сейчас не грозит внезапный крах, как в 1991 году, ее нынешнее положение гораздо опаснее. Это постепенный необратимый упадок, когда все происходит будто бы в замедленной съемке. Доходы сокращаются, резервы тают, гражданский сектор пустеет, регионы бедны как никогда, долги растут…

Россия позиционирует себя как супердержава, но на деле она превратилась в страну третьего мира с ядерным оружием, которая неуклонно идет ко дну.

Война по сути «пожирает» экономику, загоняя ее в состояние терминального упадка, которое экономисты называют «зоной смерти». Вот основные симптомы.

Подпишитесь на NV Премиум и читайте без ограничений

Нам необходима ваша поддержка, чтобы заниматься качественной журналистикой

Первый месяц 1 ₴. Отписаться можно в любой момент

По уровню ВВП на душу населения РФ занимает 86-е место в мире, этот показатель продолжает снижаться — и эту тенденцию уже не изменить.

К сожалению, у Путина все еще есть ресурсы, чтобы финансировать геноцид в Украине, но он губит будущее самой России. Даже если бы война закончилась уже завтра, Россия еще надолго останется стагнирующей, экономически неблагополучной страной.

РФ демонстрирует все классические симптомы, характерные для так называемой «зоны смерти»: военные расходы вытягивают средства из образования, пенсионной системы, здравоохранения и инфраструктуры. Удары украинских беспилотников по нефтяным объектам сократили экспорт примерно вдвое. Растут инфляция и процентные ставки, увеличивается число банкротств.

До войны ликвидные активы Фонда национального благосостояния составляли 117 млрд долларов, но к апрелю 2026 года сократились до 47,8 млрд — и при нынешних условиях этот запас будет быстро исчерпан. Экономика сжимается, рост практически сошел на нет. Нефтяные доходы сократились на 45% по сравнению с прошлым годом, а экспортная выручка упала до рекордно низких значений за последние годы. Торговый профицит исчезает, бюджет трещит под нагрузкой. Официальный дефицит оценивается в 1,6% ВВП, но в реальности он ближе к 4%. Долги накапливаются, и их обслуживание теперь обходится вдвое дороже, чем в 2021 году.

Ситуация очень неустойчива, и даже когда война завершится, на восстановление потребуются десятилетия. Одиозному режиму никто не поможет с выплатой репараций, а тем временем финансовый распад лишь усугубляется.

Согласно расчетам, цена обхода санкций (непомерные траты на теневые флоты и посредников для сбыта нефти) обходится России как минимум в 25 миллиардов долларов ежегодно. Прогнозы показывают, что к 2030 году страна недополучит 136 млрд долларов экспортной выручки, а ее энергетический сектор понесет более 200 млрд долларов ущерба и потерь. Импорт дорожает, клиенты уходят или оказываются под ударом, доступ к технологиям ограничен.

Россия демонстрирует все симптомы, характерные для «зоны смерти»

Военная экономика уничтожает само созидание богатства, вкладывая ресурсы в вооружение и живую силу, которые бесследно сгорают на полях сражений. Война выкосила целое поколение молодых россиян, вызвав острую нехватку рабочих рук, «утечку мозгов» и массовую эмиграцию. В результате остается стареющее население, ослабленный технологический сектор и международная изоляция.

С демографической точки зрения война действует как разрушительный таран: более миллиона погибших, раненых и навсегда утративших трудоспособность, при этом рождаемость находится на историческом минимуме. Как отметил один из аналитиков, российская экономика стала классическим примером «ловушки низкого роста», вызванной войной.

20 апреля глава военной разведки Швеции Томас Нильссон подробно изложил, каким образом Москва искажает данные о состоянии своей экономики, скрывая колоссальный бюджетный дефицит, рост долгов и реальные издержки западных санкций. Он отметил, что официально заявленная инфляция на уровне 5,8% в действительности ближе к 15%, дефицит бюджета занижен на миллиарды, военное производство, погрязшее в коррупции, приносит лишь многомиллионные убытки, банковский кризис неизбежен, и страна буквально «живет взаймы».

Если в 2022 году объем российского ВВП был сопоставим с экономикой штата Техас, то сегодня он, вероятнее всего, сжался до масштабов пригорода Хьюстона.

Неудивительно, что в марте Путин фактически отключил интернет в Москве и Санкт-Петербурге, когда начали распространяться новости о нарастающих трудностях, банкротствах, военных провалах и громких уголовных делах против приближенных к нему лиц, замешанных в коррупции, связанной с войной.

Однако бремя кризиса распределено в России крайне неравномерно. Эти два крупнейших города, населенные преимущественно славянским населением, в значительной степени избежали мобилизации и разрушительных последствий войны, тогда как отдаленные регионы — Кавказ, Сибирь, Урал — во всех отношениях несут на себе основное бремя войны. Именно там урезаются расходы на здравоохранение и образование в пользу военных нужд, оттуда же в основном набирается «пушечное мясо», и именно туда возвращаются в гробах сотни тысяч погибших.

Окончание войны в Украине не исправит положение России. Структурные изменения сделали Москву чрезмерно зависимой от Пекина: страна вынуждена продавать сырье с большими скидками из-за отчаянной необходимости в доходах и одновременно закупать китайские товары по завышенным ценам — особенно компоненты для электроники, автопрома и технологий. Это прямое следствие так называемого «разворота на Восток», на который Путин пошел после утраты европейского энергетического рынка вследствие вторжения в Украину.

Даже контрабандная российская нефть теряет в цене: в январе ее приходилось продавать всего по 22 доллара за баррель, примерно втрое ниже рыночного уровня. А союзники России — Иран, Венесуэла и Куба — сами находятся под жестким давлением США и не способны оказать Москве существенную помощь.

Нильссон также подчеркнул, что для того, чтобы Россия могла расплатиться с долгами и восстановить экономику после войны, цены на нефть должны бесконечно долго держаться на отметке выше 100 долларов за баррель. Это означает, что положение страны резко ухудшится, как только конфликт вокруг Ирана будет исчерпан, а цены на энергоносители стабилизируются.

Ситуацию усугубляет то, что Украина планомерно уничтожает российские нефтеперерабатывающие мощности и промышленную базу, которые критически зависели от государственного кредитования.

К тому же Путин окончательно похоронил инвестиционную привлекательность страны, конфисковав активы на миллиарды долларов после начала вторжения в 2022 году — и возвращение этих компаний на российский рынок в обозримом будущем маловероятно.

Вертикаль власти не устоит, как только война будет проиграна — так уже было после афганского фиаско Москвы. Путин канет в небытие, а вместе с ним распадется и Российская Федерация. Путин и его олигархи, скорее всего, сбегут в страны, где нет экстрадиции и налогового контроля. Тогда Запад должен будет гарантировать демонтаж этого «мафиозного государства».

Если это произойдет, мир станет более безопасным, чем когда-либо со времен окончания Второй мировой войны. У России не останется козырей, за исключением месторождений ресурсов, которые будут отданы за бесценок.

«Российская империя должна прекратить существование как политическое образование, чтобы на ее руинах можно было построить что-то новое, — заявил российский шахматист и политик Гарри Каспаров. — Поражение в Украине экзистенциально важно, поскольку оно означает, что путинский режим перестанет представлять угрозу для всего остального мира».

Перевод NV

NV обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Дайан Фрэнсис. Републикация полной версии текста запрещена.

Впервые напечатано на dianefrancis.substack.com

Другие новости

Все новости