Деньги и штыки. За чем Лукашенко едет к Путину

Лукашенко от Путина нужны две вещи. Одну он уже получил — формальное заявление о том, что Путин готов ввести силовиков на территорию Беларуси. Для Лукашенко — это сигнал, посланный, собственно, протестующим: «Если вы свалите Лукашенко, то можете получить режим Путина вместо него. Подумайте». И, соответственно, сигнал европейским элитам: «Если будете на меня слишком давить, то получите Путина с ракетами под Гродно и под Брестом».

У Путина и Лукашенко — вербальная общность интересов. Путин демонстрирует хозяйскую заинтересованность в русском мире, и это его патриотический электорат воспринимает с удовольствием. А Лукашенко демонстрирует, во-первых, что у него есть защитник, во-вторых, что этот защитник может уничтожить белорусскую государственность.

Но это все — словесная эквилибристика. В данной ситуации им обоим выгодно говорить об угрозе со стороны НАТО, сплоченности, о едином государстве, славянских корнях и прочее. На самом деле, Лукашенко, получив эту вербальную поддержку от Путина, едет на встречу не за силовой поддержкой — она ему не нужна, силовики у него подконтрольные — они разгоняют протестантов и будут продолжать это делать. Так что Лукашенко совершенно не горит желанием видеть на своей территории других силовиков. Поскольку его власть опирается на штыки, если там появляются штыки, принадлежащие другому восточному деспоту, то это значит, что власть Лукашенко ограничивается. Поэтому последнее, что он сделает, перед тем, как простится с жизнью, это, может быть, согласится на вхождение российских военных подразделений в Беларусь. Войти то они войдут, но потом точно не выйдут.

Сейчас у Лукашенко задача — вытянуть у Путина денег, не впуская его войска. Задача Путина — обговорить ввод ограниченного контингента как бы для охраны жизненно важных инфраструктурных объектов, таких как АЭС, или в качестве миротворцев в каких-нибудь касках особого цвета.